Старая правда
![](/engine/doc_images/Chonkin.jpg)
В декабре 1980 года в Иерусалиме в театре "ХАН" завершились репетиции спектакля "Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина". Именно в это время, буквально перед премьерой, мы узнали, что из СССР был выслан Владимир Николаевич ВОЙНОВИЧ, автор легендарного "Чонкина"...
На премьере спектакля зрителям вместо обычной програмки раздавали специально изготовленную газету "ПРАВДА", где, помимо положенных данных о спектакле и фогографий к нему, была информация об авторе, о переведённой на иврит книге, различные отзывы о ней из разных стран, чуть — истории Союза... Я не знаю, как это у меня сохранилось, но сегодня эту газету я обнаружила. Как всегда, память унесла меня на тридцать лет назад...
![](/engine/doc_images/pravda.jpg)
![](/engine/doc_images/pravda1.jpg)
Как всё в моей жизни происходит случайно, незапланированно, по принципу: "на ловца и зверь бежит", так и на работу в спектакле я попала неожиданно для себя — "музыкальным консультантом", а также и "консультантом по костюмам"... Что такое "музыкальный консультант" в данном случае, мне было не очень понятно, пока мне не объяснили, что надо актёров научить исполнению деревенских песен на русском языке... И, как ни удивительно, пели! И хорошо!
Слышать "Чонкина" на иврите, а главное, понимать, что всё именно так с точки зрения текста, что ничто в игре актёров не вызывает противоречия или несогласия с его трактовкой, для меня было откровением. Хотя я понимала, что большую роль в этом успехе для меня, как зрителя, имел значение "адреналин солидарности" актёров с автором книги. Мне даже не мешал сидящий на сцене на настоящем камне араб в куфие, вовсе не актёр. Он просто сидел и держал на верёвке овцу, которая жевала мирно сено, а рядом Чонкин любил женщину....
Зал иногда взрывался смехом, а я думала о судьбе писателя, выгнанного из дома.
Спектакль шёл год. Как положено. Израильский зритель был в восторге. А через год я прочла в ивритской газете о том, что ВОЙНОВИЧА лишили гражданства. И загордилась страной, которой небезразличным оказался какой-то Войнович...
— Ты что? Не знаешь? "Чонкина" не читала?" — это был ответ моего израильского друга на вопрос "Как спектакль?" — Это же книга Войновича.
А вот и наши "деревенские": слева (с бородой) — мой любимый друг САША ОКУНЬ, художник из Питера. Саша тогда знал приблизительно слов сто на иврите (я — чуть больше), но, нарисованный им к спектаклю портрет Сталина, сразу сделал его "своим и любимым".
![](/engine/doc_images/portret_Stalin.jpg)
![](/engine/doc_images/portret_Stalina.jpg)
Конечно, было туго с реквизитом. Костюмы создавались "из ничего". Вилы, грабли, лопаты были в нужном количестве. А вот шапок и платков.... Находили, однако. Конечно же, выручала Сашкина гармонь настоящая (играл кое-как...). Очень лихо меха вздыхали и раздувались...
![](/engine/doc_images/portreti.jpg)
КИБУЦ — это вроде колхоза, но только при коммунизме (в те времена).
Так, из одного из них пришла такая записка:
ДОРОГОЙ ИВАН ЧОНКИН, МЫ ПРИНИМАЕМ ТЕБЯ В НАШ КОЛХОЗ. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!
ЧЛЕНЫ КОЛХОЗА
![](/engine/doc_images/zapiska.jpg)